Смерть и налоги

"В жизни две вещи неизбежны: смерть и налоги", - говорил Бенджамин Франклин.

Дай Бог долгой жизни всем, не сочтите за проклятие, - очевидно, что для грузинских "телевизионщиков" неизбежной осталась только смерть.

Как говорил Важа Зазаевич, - я слышал обо всем! Я слышал о безответственности, о непрофессионализме, о продаже души и тела, обмане общества, "Моделированной Хронике", выполнении заказа властей, оставлении телевидения в знак протеста (я об этом не только слышал, но и сам делал), о презрении всяческой этики во имя денег...

Я слышал обо всем, но такое? Отмена задолженности в 36 млн. лари? Почему? За какие такие заслуги?

Что, кто-либо улучшил качество вещания? Или за столько времени они чему-нибудь научились на своих ошибках?

Если кто-нибудь не знает, - решением парламента Грузии, в Налоговый кодекс страны внесено изменение, согласно которому, упраздняются задолженности, имеющиеся у всех существующих в Грузии телевидений, по состоянию на 1 марта 2010 года (в общем объеме, приблизительно 36 млн. лари).

Что это? Поощрение? Или это что-то другое, о чем много говорят, но никто никогда не договаривает до конца?

Такие-то и такие-то говорят, что от этих льгот получат пользу и региональные телевидения.

Возможно так оно и есть, но это такие же льготы, как если бы правительство США назначило Дональду Трампу пенсию вместе с другими пенсионерами.

Разумеется, всем хорошо известно, кто, для кого и почему принял это решение.

Но давайте задумаемся - какой результат принесет эта налоговая амнистия? Может, это положительное явление, а я этого не вижу? Якобы, если у телевидений не будет долга перед государством, они станут более независимыми?

Я в этом сомневаюсь, потому что первое, что вызовет эта амнистия станет еше большее усилении синдрома  и без того большой безнаказанности.

К тому же, напоминаю, отмененная задолженность это та же выплата денег, а кто платит деньги, тот, в основном, и заказывает музыку.

Как известно, амнистия это юридический термин, и после ее применения в уголовном праве, как правило, фиксируется 40%-й показатель рецидивов, т. е., говоря на понятном языке, 40% лиц, освобожденный в порядке амнистии, повторно совершают преступления.

И почему считается, или почему авторы этой амнистии думают, что практика уголовного права не распространится на телевидения? К тому же, не следует забывать, что мы, грузины, максималисты - если где-то рецидив составляет 40% у нас будет 100%.

За то, что делали наши телевидения до сих пор, им полагается не амнистия, а очень суровые санкции. Если дело доходит до уголовных преступлений, то вспомнить хотя бы "Моделированную Хронику", которая, как говорят, унесла жизни нескольких человек.

Но, как мы видим, наше государство вместо санкций решило их поощрить и обнулило их задолженность.

Интересно, почему?

Больше всего меня удивляет вопрос с "Общественным вещателем" (он же Первый канал - как говорил Важа Зазаевич, убьют меня эти двойные названия!) - это телевидение и так финансируется из бюджета, и что получается? Государство, которое дает средства из бюджета "Общественному вещателю", не будет взимать с него налог, чтобы он не внес его в бюджет?

Говоря по правде, я совсем запутался...

Так или иначе, в наш бюджет в текущем году поступит на 36 млн. лари меньше, а что нам еще готовит амнистированный-помилованный грузинский телеэфир, один Бог знает!

В начале двадцатого века в Чикаго именно по причине неуплаты налогов смогли задержать известнейшего мафиозо Аль Капоне, который убил несколько сот человек.

Когда я об этом думаю, у меня возникает один вопрос - если бы правительство США простило Аль Капоне эту налоговую задолженность, кто знает, скольких еше людей он бы лишил жизни?

До свидания!

P.S. В последней серии бессмертного "Крестного отца" Френсиса Форда Копполы есть такой диалог: когда с Винченцо Карлеоне (который, между прочим, персонаж Энди Гарсия) беседует один старый мафиозо и говорит ему следующее:

- Добро пожаловать в большой бизнес!

-  Я не разбираюсь в политике и финансах! - отвечает Винченцо.

- Но вы же разбираетесь в оружии?

- В оружии да!

- Ну вот, финансы - это оружие, - говорит старик. - А политика это знание того, когда надо нажать на курок!